Шкатулка истин

Шкатулка с рогами, вырезанная из золота и нефрита. Легенда гласит, что некогда эта шкатулка хранилась в святилище в глубине сапфирового города Тулайтуллы.

Когда высокая башня шаха Рамшара пала и растаяла в пропитанных кровью песках, точно отравленный медовый сон,
верховная власть прокочевала по бесчисленным государствам, мимолётным, как утренняя роса, а затем вновь оказалась погребена под толщей крови и слёз.
Сапфировый купол видел, как знать, что некогда томилась под властью тирана, наконец сбросила оковы,
только чтобы последовать за ложным владыкой, провозгласившим себя мудрецом, и предаться игре крови и песка среди пылающей зноем пустоши.

О гордый народ Тулайтуллы, вы давно забыли молчаливые заветы мудрецов!
Лишь когда их гордые мечты рассеялись по ветру вместе с именем «Гуркан», они поняли, какой ценой приходится платить за бунт.
И когда жестокие хаганы прискакали на своих конях, в Саду бесконечных колонн не осталось ни одного воина, который мог бы его защитить.
Люди, опьянённые золотыми снами, могли лишь склониться перед своим новым хозяином, точно покорный скот.

Жадные солдаты и сборщики податей прибывали издалека, чтобы обобрать местных до последней нитки.
Бирюзовый двор, прославлявший себя за доброту, всегда был суров к своим подданным,
и среди людей, порабощённых железными копытами чужеземного племени, всегда находились те, кто искал утешения в поэтичном прошлом
и шептал хвалу краткому правлению царя Хумаюна, прячась в тени от палящего солнца.

Чтобы освободить своих братьев и сестёр от оков рабства, молодой аристократ Гударз вошёл в священный зал, скрытый глубоко под песком.
Согласно легенде, этот дворец принадлежал Царю ибисов, мудрейшему из Семи мудрецов, хранителю писаний, тайному посланнику звёзд и луны.
План спасения был безнадёжен, ибо ни один план не мог противостоять армии завоевателя, блеск которой был подобен солнечному сиянию.
Мудрецы из Тигнара давно бежали, а величественный храм мудрости без вести канул среди песков цвета железа.
Но из самой глубины пересохшего источника в ответ на его молитвы раздалось божественное древнее эхо…

«О безрассудное дитя, потомок благородных кровей, ты жаждешь силы палящего солнца и вихря песчаной бури и хочешь снова воздвигнуть высокую башню из зыбучих песков.
Подобно тому, как жаждущему верблюду дают солёную, горькую воду, я могу дать тебе силу, которая до сих пор была скрыта от всех пророков и верующих.
Однако Повелительница цветов и оазисов оставила три загадки для царя Дешрета, которому я служил.
Но даже мудрый и прозорливый царь Дешрет не смог их разгадать, пока не погрузился в свой ядовитый сон.
Если ты развеешь туман смятения, который так давно меня терзает, я дарую тебе власть над людьми».

И юный Гударз отвечал ему:
«Я молю тебя, открой мне эти древние загадки, о мудрец священных указов, писаний, медицины и всякого знания.
Я дам ответ смертного со всей искренностью и прямотой, ибо на моём пути нет места фальшивым теням».

И тогда молвил мудрейший среди мудрецов:
«Что появляется и тотчас исчезает, чтоб появиться снова?
Словно луна, оно может быть полным, а может идти на убыль.
И мудрецы, и глупцы ежеминутно стремятся к нему,
но оно поднимается и опускается в сердцах людей, подобно волнам прилива».

И юный Гударз отвечал ему:
«Ты говоришь о заговорах и предательстве. О слабости и немощи, что прячутся под мантиями мудрецов, ведущих тщетные разговоры о добродетели и справедливости.
Именно из-за их немощи бирюзовый купол рухнул, а народ поныне заливается слезами скорби».

Мудрейший рассмеялся, не в силах оценить ответ молодого аристократа.
Но всё равно он вручил юноше власть «обмана», как и было обещано.

Вот так имя «Гударз» постепенно стёрлось из истории,
ибо на смену ему пришло грозное имя Салеб-хагана.
Храбрый воин, не терпевший лжи, обрёл власть с помощью коварных уловок,
вызывая мираж золотого века под сизым покровом сумерек.

…

Но какой бы изящной ни была ложь, однажды ей становится не под силу обуздать жадность к власти,
и когда творения царя Дешрета уже не могли воссоздавать божественные иллюзии,
голос Царя ибисов раздался снова и задал ему тот же вопрос.
И престарелый царь дал последний ответ под звуки погребальных песен Гюрабада:

«Святой, я умею плести лишь лживые речи. Я сам давно не верю своим словам.
Сейчас я могу лишь выхватить меч и сражаться не на жизнь, а на смерть. Не хочу снова подвести своих братьев, которые пришли мне на помощь.
Святой, что бы ты ни искал, истину или ложь, вкуси моей тёплой крови — она даст тебе ответ».

Затем власть была захвачена дейями, что явились из чужих земель, пока в конце концов все царства не обратились в прах, который развеяли по миру ветры пустыни.
Принимая лунный свет, как принимают в дар янтарь или мёд, святой принял последнюю волю царя вместо ответа.