Рассказы улицы Токи (II)

Описание

Мать однажды мне сказала: милые женщины искусно владеют обманом. Если она прелестна во сиянии луны, стало быть, она либо лисица-оборотень, либо же очень умелая плутовка-бакэнэко. — Исторический комментарий тануки.

История Осэн

Вверх по извилистой дорожке от дома Ёйти есть ещё одна узкая улочка. На ней стоит дом одной старой женщины.
Когда ночь черна как смоль, а луна восходит в зенит, тануки пробуждаются ото сна.
Говорят, что тануки, прожившие до ста или тысячи лет, способны принимать вид молодой девушки, весело подшучивая над людьми или преследуя невинных путешественников — и всё по причине некоей мстительной злобы. Но здесь смертные заблуждаются.
Бакэнэко принимают вид молодой девушки, лишь когда разгневаны. Большую часть времени они предпочитают находиться в образе старого человека, по большей части потому, что это соответствует их расчётливой и извращённой природе. Кроме того, такая маскировка позволяет им вызывать у прохожих сострадание.

— Эй, это не бесплатно!
Подняв голову на звук голоса, девушка какое-то время ждёт на карнизе. Её лицо скрыто в тени, и рассмотреть можно лишь слабую улыбку и зелёно-золотые искорки в глазах. Лунный свет проникает сквозь её платье, выделяя полуобнаженные плечи, и небрежно теряется где-то под подолом, обрамляя фарфоровые очертания её тонких длинных ног. Она беззаботно вертит в руке нефритовый меч и выглядит отстранённой.

Старая женщина определённо рассержена…

— Сегодня ты снова опоздала.
— Да, п-простите.

Комары бьются о бумажную лампу, которая в ответ лениво мигает.
Луна приносит влажный ветер, который заглушает стрекот цикад.

Волосы её спадают на плечи. Со странной улыбкой девушка трясёт крутящееся колесо, и это действует на нервы.
— Как тануки, я могу быть в дружеских отношениях с тэнгу, но даже я вынуждена платить дань непостижимой бакэнэко. Короче говоря, за твою недавнюю дерзость тебе бы уже стоять на коленях, прося прощения.

— Ладно, ладно. Раз уж луциан ещё свежий, можешь сперва встать.
— В образе тануки мне трудно вернуться в сидячее положение. Молодая девушка медленно превратилась в старую женщину, на лице которой играла добрая, но странная улыбка.
— Спасибо тебе, тётушка Сэн.
— Зови меня Осэн!

— Это было так легко.
— Но почему-то ощущение всё равно было странное.

— Ха-ха-ха-ха! Кстати говоря, как поживает та дурачина?
*Сёрб* Осэн проглотила рыбу целиком, вместе с хвостом.

Что касается того, как судьба её пересеклась с тэнгу, то эту историю нельзя рассказывать без иронии. Ёйти уже поведала эту историю со своей точки зрения, но в устах бакэнэко она предстаёт в совершенно ином свете.

Осэн родилась не в нашем мире, а там, где смертные были гораздо более жестокими.
Как-то ночью в бамбуковом лесу молодую Осэн поймал странствующий монах, а затем продал её сёгуну как бакэнэко.
Воспоминаний о тех днях она не сохранила, лишь удивлялась, зачем это могущественные люди из мира смертных всё время досаждали ей и играли с ней. Каждый день ей приходилось разрывать врагов на куски своими когтями или играть в скучные игры, которые были интересны только самим этим людям.
Те долгие дни доводили её до неистовства, но всё же пролетели они быстро — ведь монстры жили дольше и были гораздо терпеливее смертных.

Позднее, когда началась война сёгуна с мятежниками, Осэн превратилась в ниндзя.

— Эта часть истории ещё скучнее…
При этих словах Осэн прикрывает глаза и широко зевает, растягивая рот до самых ушей.

— Затем, во время ночной битвы на море сёгун придумал блестящую комбинацию…
Сёгун приказал Осэн превратиться в красивую женщину, стать на лодку с золотым веером, чтобы унизить мятежников так, чтобы они не осмеливались приблизиться. Но даже если бы они и решились на это, бакэнэко преподала бы им суровый урок.

И лишь позднее Ёйти…
— Лишь позднее эта недотёпа внезапно встала, заявив, что способна сбить веер с одного выстрела.
А затем эта тэнгу…
— …поскользнулась и шлёпнулась в воду.
Старая женщина не могла сдержать смех.

«Той ночью она была так пьяна, что ей казалось, что на море штормит. Но луна была недвижна, и не было ни ветерка.
За несколько сотен лет я не встречала никого настолько забавного. Так что я спасла её от унижения и, едва сдерживая смех, сама сбила бумажный веер… А затем с кораблей донёсся радостный рёв. Как подумаю об этом, каждый раз про себя улыбаюсь…»

А затем тэнгу расправила крылья и взмыла в воздух, подобно облаку закрыв луну, и спикировала вниз к красивой женщине…
— Внезапно она потеряла управление и была больше похожа на дикобраза, чем на тэнгу, и снова упала в море. Больше я притворяться была не в силах и начала смеяться без остановки.
Затем Осэн, смеясь, вытащила неудачливую тэнгу из моря. Держа её за руки, она продолжала хохотать, летая между кораблями противоборствующих сторон и выводя из равновесия сёгунов.
Говорят, что она в мгновение ока облетела восемь кораблей, а затем скрылась в ночи. А смех её слышали ещё три дня после того, как закончилась битва.

— Я не могла сдержать смеха, а потом схватила её крепче. Думая о том, в каком затруднительном положении она оказалась, чем крепче я её сжимала, тем сильнее смеялась! Ха-ха-ха-ха…
Старая женщина покатывалась от смеха.

— А потом она принесла меня в этот мир и относилась ко мне, как к какому-нибудь трофею!
Лицо старой женщины стало самодовольным, и она превратилась в молодую девушку. Но выглядело это забавно, потому что оно всё ещё было раскрасневшимся от смеха.
«Я не трофей!

Что ж, возможно, именно поэтому она не заходит ко мне в гости».
Молодая женщина едва заметно вздохнула, а потом снова смущённо улыбнулась.

«Тебе пора. Оставь дверь открытой. Приходи в следующее полнолуние.
И не забудь передать этот плащ нашей старой подруге».